Конфиденциальность детей в MathMax

Может ли мой ребёнок играть без учётной записи?

Да — все математические уровни программы, без учётной записи и без оплаты. Подписка покупает дополнительных бойцов, дополнительные арены и игру с другими людьми; она никогда не покупает математику.

При такой игре прогресс сохраняет браузер на этом устройстве, и он никогда не попадает на наши серверы. Мы не знаем, кто играет, и нам нечего хранить, показывать или удалять.

Что вы собираете о ребёнке, у которого есть учётная запись?

Имя, класс, выбранный взрослым, имя пользователя и код, сгенерированные продуктом, отображаемое имя, которое вы можете задать, и результаты решённых задач. Кроме того — настройки, нужные любой учётной записи: язык, часовой пояс, цветовая тема, а если ребёнок играет с друзьями, то и кто эти друзья.

Нет ни адреса электронной почты, ни номера телефона, ни даты рождения, ни фотографии, ни адреса, ни какого-либо свободного текстового поля, куда их можно было бы вписать. Учётная запись ребёнка намеренно недоступна для обращений: мы не можем написать ребёнку, потому что у нас нет для этого способа.

Результаты записываются только пока у семьи или школы есть действующий план и для этого ребёнка зафиксировано правовое основание. Без обоих условий на счёт не записывается ничего нового.

Спрашиваете ли вы у моего ребёнка, сколько ему лет?

Нет. Мы никогда не спрашиваем ребёнка о возрасте, и ребёнок не может его нам сообщить.

Создавая учётную запись ребёнка, вы выбираете его класс, потому что класс вы знаете точно, а возраст — лишь приблизительно. Из класса мы выводим уровень защиты, ограниченный так, что он никогда не может дать «взрослый» — даже на верхней ступени лестницы.

Изменить его ребёнок тоже не может. Если вошедшая в систему детская учётная запись пришлёт нам взрослый возраст, запрос отклоняется, а запись остаётся без изменений. Исправление класса в меньшую сторону усиливает защиту; переход в следующий класс её никогда не ослабляет.

Есть ли на странице что-то, что следит за моим ребёнком?

Нет. Ни на одной странице, до которой может добраться ваш ребёнок, нет ни рекламы, ни аналитики, ни записи сессий, ни поведенческих трекеров.

Страница входа для детей не загружает совершенно ничего от третьих сторон — как и сама игра, и страница успехов. Во всём MathMax есть ровно одна третья сторона: защита от спама на взрослых формах регистрации и пароля, которую не загружает ни одна страница, которой пользуется ребёнок.

Что за имя пользователя вы дали моему ребёнку?

Овощ, цвет и три цифры, слитно и строчными буквами — например, морковьсиний417.

Оно генерируется и никогда не выводится из данных ребёнка. В нём нет ничего о его настоящем имени, классе или школе, и имя одноклассника по нему угадать нельзя. Это важно, потому что имя для входа зачитывают вслух в классе и печатают на листке.

Кто может их видеть?

Вы, если вы родитель или законный представитель. В школе — ответственные учителя. Больше никто.

Каждый раз, когда взрослый открывает отчёт ребёнка, мы это фиксируем: кто смотрел, на кого, когда, в какой роли и с каким фильтром. Эта запись существует, чтобы происходившее можно было восстановить впоследствии.

Видит ли учитель то же, что и я?

Нет, и намеренно меньше. Родитель видит о собственном ребёнке больше, чем учитель об ученике, а учитель видит только игру, состоявшуюся в рамках школы, — не то, во что тот же ребёнок играет дома вечером.

Учитель может просматривать и выгружать в пределах своей области и ничего не может изменить. Он не может удалить запись ученика — это принадлежит вам или школе как организации — и не может её исправить: исправление вносит родитель или законный представитель ребёнка либо мы по обращению.

Знает ли мой ребёнок, что я могу их видеть?

Да. Его собственная страница успехов говорит ему это его же словами: взрослые, которые о тебе заботятся, — дома, а также твой учитель, если твоя школа пользуется MathMax, — видят, как идёт твоя математика, это немного похоже на то, как кто-то заглядывает в твою школьную тетрадь, и речь именно об этой странице и ни о чём больше.

Там же сказано: если ребёнок предпочёл бы, чтобы вы не заглядывали, ему стоит сказать вам об этом, потому что это разговор между вами двоими, а не настройка, которую решаем мы.

Есть ли публичный рейтинг?

Нет. В MathMax нигде нет публичного рейтинга — ни для детей, ни для взрослых.

Когда-то он планировался; от него отказались, вместо того чтобы делать его безопасным для детей. Ни одна публичная поверхность не показывает игрока рядом с результатом.

Может ли посторонний найти моего ребёнка или написать ему?

Нет. Ребёнок не появляется ни в одном поиске — ни по имени пользователя, ни по имени, ни каким-либо иным способом, — так что никто не сможет добраться до вашего ребёнка перебором страниц или случайно наткнуться на него.

Ребёнка подбирают только к людям, уже входящим в доверенный круг: одобренным друзьям, членам семьи и одноклассникам — из его собственного класса или из всей школы, если школа так выбрала. Он никогда не попадает в открытый пул подбора, которым пользуются взрослые, и не существует кода комнаты или ссылки, с помощью которых посторонний мог бы до него добраться.

Как же тогда у моего ребёнка появляется друг?

Через вас, и только через вас. Ребёнок не может начать дружбу сам: он никого не может найти, не может ввести код приглашения, и его никогда не просят принять запрос. Друга добавляете вы, войдя под своей учётной записью, на экране онлайн-игры, где перечислены связи вашей семьи, — сообщив нам точное игровое имя, которое дала вам другая семья.

С вашей стороны достаточно самого добавления; взрослый другого ребёнка ещё должен согласиться, прежде чем связь начнёт что-то значить. Тот, кто угадал бы игровое имя, мог бы начать такой же запрос, и он лежал бы без всякого действия, пока его не одобрит взрослый, которого он никогда не встречал. Вы можете посмотреть и убрать любую связь вашего ребёнка там же, в любой момент.

Это делает один взрослый в семье: тот, кому принадлежит семейный план. Другой взрослый добавляет собственных друзей и не может добавлять или менять друзей ваших детей.

В MathMax нет чата. Дети решают математику друг против друга; сообщениями они не обмениваются.

Можно ли отключить друзей только одному из детей?

Да. Игра с друзьями — это переключатель у каждого ребёнка, а не у всей семьи, поэтому у шестилетнего и двенадцатилетнего в одном доме ответы могут быть разными.

Отключение — это пауза, а не удаление. Друзья сохраняются и возвращаются, когда вы включите снова. Если в это время взрослый другой семьи подтвердит связь, подтверждение будет ждать, а не будет отклонено.

Может ли друг быть у одного моего ребёнка и не быть у другого?

Да. Добавляя друга, вы выбираете, для кого из ваших детей он предназначен, и позже это можно изменить. Так соседи по дому могут быть соперниками вашего десятилетнего ребёнка и не быть соперниками пятилетнего.

Забрать друга у одного ребёнка — это пауза, а не конец. Связь сохраняется, и согласие другой семьи тоже, поэтому вернуть ребёнка обратно можно сразу и никого ни о чём не спрашивают.

Дать друга ребёнку, у которого его никогда не было, — наоборот, и мы говорим об этом сразу: переиспользовать нечего, поэтому взрослого другого ребёнка спрашивают снова, ровно как в первый раз.

Полностью прекратить дружбу — это не то же самое, что сузить круг, и называется отдельно. Удаление действительно её прекращает: добавить этого человека позже — значит снова спросить другую семью.

Может ли мой ребёнок сделать себя видимым?

Нет. Ребёнок не может понизить собственную приватность — ему не предлагается никакого элемента, который сделал бы его находимым или поместил в открытый подбор, и продукт никогда не подталкивает его к этому.

И никто не может расширить их за ребёнка: для ребёнка эти настройки заблокированы, а не просто выставлены по умолчанию. Взрослый решает, играет ли ваш ребёнок с друзьями и какие у него друзья, — и это владелец семейного плана.

Что школа может здесь изменить?

Школа может сузить, но никогда не расширить. Она может полностью отключить игру против других, оставить её в пределах одного класса или открыть на всю школу — а варианта, выходящего за пределы школы, не существует и он не был бы принят.

Чего школа не может — так это дотянуться за собственные пределы. Контакт с посторонними лежит за пределами образовательной цели, на которой основаны её полномочия в отношении данных учеников, а школа не является ни ребёнком, ни его представителем: поэтому более широкого варианта, который она могла бы выбрать, не существует. Это решение принадлежит родителю или законному представителю, на домашней учётной записи ребёнка.

Продаёте ли вы данные детей и показываете ли им рекламу?

Нет, и нет пути, по которому это могло бы произойти, — ни с согласия, ни через настройку, никак. Данные детей и учеников используются, чтобы работала игра и чтобы показывать их взрослым, отвечающим за этого ребёнка, и больше ни для чего.

Мы не продаём персональные данные, не показываем рекламу и не профилируем ребёнка ни для какой цели за пределами его математики.

Вы показываете «умственный возраст» — это профилирование моего ребёнка?

Это педагогический показатель, и мы относимся к нему как к тому, что нужно объяснить, а не как к тому, о чём умалчивают.

Он служит поддержкой решения для того, кто учится, и для взрослого, который его читает, но никогда не является автоматизированным решением в отношении ребёнка. За пределами игры он не влечёт последствий, показывается с человеком в контуре и существует, чтобы указать, что тренировать дальше. Учитель никогда не видит его рядом с названным по имени учеником — только как среднее по классу, — потому что в классе это выражение значит не то же, что за кухонным столом.

Как долго вы их храните?

Столько, сколько нужно, а дальше — нет. У учётной записи без зафиксированной активности в течение трёх лет удаляется история игр; школьная учётная запись, которую никто не забрал, закрывается примерно через восемнадцать месяцев — окно, соразмерное учебному году.

Когда ученик уходит из школы, полномочия школы в отношении его данных прекращаются вместе с членством — автоматически, без чьей-либо просьбы. Его запись замораживается, а не удаляется: ни один надзирающий не может её прочитать, ничего нового в неё не пишется, и она снова становится читаемой, если появится новое правовое основание. Если оно не появится, запись удаляется по истечении окна.

Могу ли я посмотреть, исправить, выгрузить или удалить данные моего ребёнка?

Вы всегда можете просмотреть то, что мы храним, и выгрузить это. Исправление имени и удаление данных выполняет владелец семейного плана: за учётную запись каждого ребёнка отвечает один взрослый, чтобы запись ребёнка не мог удалить другой член семьи в одиночку.

Удаление означает удаление: сохранённая история стирается, а не скрывается, и это важнее обычного правила, которое хранит статистику неактивной учётной записи на случай возвращения.

Если вы законный представитель ребёнка, но не владелец плана, напишите на privacy@getmathmax.com — мы выполним ваш запрос. Мы отвечаем в течение месяца.

А если мой ребёнок учится в школе, которая пользуется MathMax?

Школа отвечает за получение разрешений и согласий, требуемых для её учеников, в том числе по статье 8 GDPR, где она применима, а мы обрабатываем данные учеников по указаниям школы для её образовательной цели.

Права вашего ребёнка вы всё равно можете осуществить. Если отношения у школы, спросите сначала там; если предпочитаете обратиться к нам, напишите на privacy@getmathmax.com.

Как задать вопрос, ответа на который здесь нет?

Напишите на privacy@getmathmax.com. Мы отвечаем в течение месяца и сообщим, если сложный запрос потребует больше времени.

Если вы выбираете MathMax для школы и вам нужны регуляторные подробности, сопутствующая страница по ссылке ниже излагает режимы, в которых мы работаем — GDPR и возрастные пороги его статьи 8, COPPA, FERPA, Age Appropriate Design Code и остальные, — и что мы делаем в отношении каждого из них.